Галактический консул - Страница 73


К оглавлению

73

— Мне это тоже неясно…

— Или ты только притворился человеком? — Старец с неожиданной силой сгреб опешившего Костю за плечи, развернул к себе и заглянул в лицо. Тогда сам Сатана движет тобой!

Костя потрясенно молчал, пытаясь совладать с охватившей его нервной дрожью.

— Еще я бессилен понять, что там приключилось с третьим навигатором, — сказал Большой Дитрих, так же внезапно отстраняя его от себя. — Выйдя в экзометрию, он был обречен. По всем законам физики внемерного пространства. То, что вы там нафантазировали — бред безумца. Он ДОЛЖЕН был погибнуть. Но он спасся. И этот ваш артефакт… Такие загадки мне не по зубам. Но запомни одну истину, сынок. У любого сундука есть ключ. У любой загадки есть ответ. Нужно только подождать. Хотя иной раз жизни на это ожидание маловато. Я наверняка не дождусь. Быть может, тебе повезет… Почему ты молчишь?

— Мне пока нечего вам сказать, — промолвил Кратов. — Я могу только слушать и размышлять. Когда наступит мой час, я буду говорить и действовать.

— Это хорошо. Я рад, что ты молчалив. Еще я рад, что рациоген похоронен на мертвом корабле и вряд ли удастся его разыскать. В том районе Галактики после астрархов не скоро еще можно будет что-то найти. Хотя некоторый шанс остается, и он не даст мне покоя до последнего моего часа.

— Они напрасно потащили его в космос.

— Напрасно? Ха! Они не глупее тебя, сынок. Рациоген хранился на Земле, в полной тайне и бездействии. А мы не можем возродить сыск, чтобы обнаружить то, что бездействует. Шпионить, подглядывать — это не для взрослых людей. В наших силах было расставить силки, чтобы не дать рациогену уйти с Земли. Оживи он здесь — и мы выловили бы его. А затем, в соответствии с решением президиума Академии Человека, разрушили бы. В бескрайней же Галактике он имел возможность затеряться. И всплыть на какой-нибудь тихой, бесконечно удаленной планетке. Его ждали на базе «Антарес», чтобы перебросить дальше. Но не дождались.

— Кто ждал его на «Антаресе»?

— Мы называем этих людей «Уязвленными». Они и в самом деле считают, что их обидели. Что человеческая раса занимает неподобающее место в мнимой галактической иерархии. Что там не спешат воздать ей почести за ее достоинства и заслуги. Хотя единственной реальной нашей заслугой можно признать лишь то, что, на протяжении всей истории занимаясь самоистреблением, мы все же уцелели… Им кажется, что человек явился в этот мир повелевать, что он должен и может повелевать. А его на эфирных просторах теснят и унижают всякие нелюди. Ящеры, орнитоиды, плазмоиды…

— Здорово! — удивился Костя. — По-моему, даже своим выходом в Галактику человек обязан именно этим самым… нелюдям.

— Ты не читал Гобино? А Геббельса или Герцля? А Формана или Анастасьева?.. — Кратов отрицательно мотал головой на каждое имя. «Уязвленные» были на Земле во все времена. А в роли нелюдей выступали инородцы. Для белых — черные, для желтых — белые, для нас, да и вас, русских, евреи, для евреев — арабы… Эгоцентризм сначала внутривидового, а теперь и вселенского масштаба. «Разве не человек владыка природы?!»

— Еще чего! — фыркнул Костя.

— Но самое занятное, что умом-то они сознают: нет, не владыка. И наука его, и культура, и сам он далеки от совершенства. И даже от среднего галактического уровня. Но примириться с этим они не желают. И вместо того, чтобы развивать необходимые достоинства естественным путем, по объективным общеизвестным законам, они ищут окольный путь. Он же «особый». И не гнушаются брать на вооружение всякие дьявольские побрякушки. Например, рациоген. Искусственно устроить мозговой прорыв. Превратить человечество в расу интеллектуальных машин. О том, что это будет уже не человечество, они не задумываются. И уходят от ответа на вопрос, как эти машины поступят с людьми, которые откажутся стать похожими на них… Главное — воздать человеку выше его заслуг, добиться его превосходства любой ценой!

— Неужели Олег Иванович тоже?..

— Пазур? Один из миллионов стихийных радетелей за человеческий род. Он не писал книг, не произносил горячих проповедей. Он тот, кто действует. Прямо, умело и честно в рамках своих убеждений. Достигая при этом высочайшего накала фанатизма. Он взялся вывезти рациоген с Земли на базу «Антарес» и почти сумел это. То, что ему помешало, находится за пределами предсказуемости. Форс-мажор… Но он сражался до конца, расчетливо жертвуя второстепенными фигурами.

— На игру это походило и вправду очень сильно, — согласно кивнул Костя.

— Сначала он отдал третьего навигатора на пожрание экзометрии. Потом тебя — во власть рациогена. Последним отдал бы себя. Но ты совершил невозможное и спас корабль. И лишь астрарх все сгубил. Пазур сломался. Никому не дано безнаказанно глумиться над божественным началом в себе. Пазур попробовал поднять ношу не по плечу и надорвался. Галактики ему больше не видать.

— Это наказание?

— У нас нет нравственных прав наказывать человека за его убеждения. Пазур сам разрушил свою психику. Он жертва, а не преступник.

— Учитель, — сказал Кратов задумчиво. — Неужели вам никогда не было обидно за то, что человек оказался в пангалактической культуре на третьих ролях?

— Всему свое время, — сказал Большой Дитрих. — Рано или поздно, но прямыми дорогами — мы добредем до галактических высот. Будут еще и люди-тектоны, и люди-астрархи. Не через сто и даже не через тысячу лет… Мы как вид неплохо приспособлены для жизни на своей планете. Мы еще как-то годимся для обитания в других, не похожих на Землю, мирах. Но до Галактики мы не доросли.

73